McCAY D.C. The national workshops, A study in the french revolution of 1848. Cambridge, Mass. U.S.A. Harvard Univ. Press. 1933, p. XXVI + 186.

МАК КЭЙ, Национальные мастерские. Исследование о французской революции 1848 г. XXVI + 186 стр.

Несмотря на исключительную роль, сыгранную рабочими Национальных мастерских в ходе Февральской революции 1848 г., история этих мастерских до самого последнего времени оставалась недостаточно изученной. Если не считать двух тенденциозных сочинений, принадлежащих перу обоих директоров мастерских Тома и Лаланна¹ , мы до сих пор располагали лишь тощей, написанной еще в 1899 г. монографией некоего Пикаттье² , сумевшего только подытожить сведения, разбросанные по страницам общих работ по истории революции 1848 г.

¹ Thomas, Histiore des Ateliers nationaux, P. 1848, p. 395; Lalanne, Lettres sur les Ateliers nationaux, "Le National", juillet - aout 1848.

² Picallier, E., Les Ateliers nationaux en 1848, Saint-Etienne 1899, p. 174.

То, что молодой американский историк остановил свое внимание на одной из главных проблем французского "безумного года", нельзя считать случайным: наблюдающийся за последние годы в США интерес к западноевропейскому рабочему революционному движению - укажем здесь хотя бы на книгу Мэзона о Коммуне 1871 г.³ и книгу С. Бернштейна о французском рабочем движении и марксизме⁴ - легко объясняется резким обострением классовых противоречий и усилением активности пролетариата в США.

Молодые американские исследователи-буржуа отвечают, разумеется, на запрос своего собственного класса, почувствовавшего именно теперь, в связи со всеобщим кризисом капиталистической системы, необходимость ближе ознакомиться с опытом западноевропейских революций.

Пример Мак Кэя является в этом отношении особенно показательным. При изучении проблем, связанных с историей Национальных мастерских, американского историка интересует прежде всего установление лиц, которые не только не сумели предотвратить июньское восстание, но и должны нести ответственность за него. Хотя Мак Кэй хорошо знает о существовании более глубоких причин июньского восстания, но тем не менее совершенно не в состоянии понять, что закрытие Национальных мастерских, давшее толчок к выступлению парижского пролетариата, - лишь неизбежный заключительный акт всей после февральской политики буржуазии, направленной против рабочих.

Непонимание этой простой истины не позволяет Мак Кэю до конца правильно осветить исполненную противоречий историю Национальных мастерских. Стремясь во что бы то ни стало доказать, что именно недальновидные и поспешные мероприятия Учредительного собрания и отдельных членов Исполнительной комиссии (среди этих мероприятий прежде всего насильственное снятие с своего поста популярного директора мастерских Тома) обусловили переход рабочих мастерских на сторону революции. Мак Кэй оставляет совершенно без рассмотрения важнейший вопрос о нарастании революционных настроений в Национальных мастерских еще в период мартовской, апрельской и майской демонстраций. Он не объясняет, почему уже задолго до 15 мая широкие круги буржуазии настойчиво требовали закрытия Национальных мастерских и почему уже 13 мая Исполнительная комиссия приняла свое первое решение по этому вопросу.

Согласно Мак Кэю большая, основная часть рабочих мастерских не только не принимала участия в демонстрациях 17 марта и 16 апреля, но и продолжала даже после событий 15 мая "несмотря на не прекращающуюся в течение первой половины мая активность революционных агитаторов", "сохранять лояльность по отношению к существующему порядку" (с. 70). По мнению Мак-Кэя, Тома вплоть до своей вынужденной отставки "продолжал хорошо держать в руках рабочих". Только замена его Лаланном привела к тому, что сохранявшие ранее "лояльность" "члены Национальных мастерских внезапно (abruptly) присоединились к своим братьям-рабочим из Люксембургской комиссии" (с. 101).

Ошибочность этих категорических утверждений Мак Кэя легко установить, если пересмотреть не только буржуазные, но и революционные рабочие газеты эпохи, меньше доверять свидетельствам самого Тома и обратить внимание на опубликованные в парламентской анкете донесения полицейских агентов о настроениях рабочих, занятых в Национальных мастерских.

Согласно донесениям полицейских агентов министру внутренних дел, рабочие в Тиволи уже 4 апреля ответили сперва гробовым молчанием, а затем и смехом на призыв инженера приветствовать республику, выказывая тем самым свое недоверие временному правительству. Уже тогда заметна была сильная деятельность агитаторов, "парализовавшая патриотизм" рабочих⁵ . 6 апреля полицейские агенты доносят о существовании в Берси особого клуба рабочих мастерских, занятых на строительстве железной дороги. Из 231 избранных рабочими мастерских бригадиров 46 полиции пришлось отвести из-за политической неблагонадежности⁶ .

Газета революционных клубов "La Commune de Paris", издававшаяся Собрие, сообщает, что уже 18 апреля делегаты рабочих мастерских присоединились к протесту рабочих делегатов Люксембургской комиссии по поводу 16 апреля, что уже 1 мая рабочие Национальных мастерских Белльвилля были внезапно окружены отрядами национальной и подвижной гвардии, так как в напуганных руанскими событиями буржуазных кругах Парижа распространился слух, будто рабочее Белльвилля "sont en pleine revolte" и собираются поджечь мэрию.

В письме рабочего Национальных ма-

³ Mason, E, The Paris commune. N. Y. 1930.

⁴ Bernstein, S., The beginnings of marxian socialism in France. N. Y. 1933.

⁵ "Rapport de la commission d'enquete sur l'insurrection qui a eclate dans la journee du 23 juin", v. II, p. 170.

⁶ Ibip., p, 177.

стерских, опубликованном 10 мая, где Тома называется "сатрапом мастерских", говорится о том, что рабочие готовят специальную петицию Учредительному собранию. В этой петиции перечисляются все данные рабочим и неисполненные обещания.

О том, какой острой классовой ненавистью проникнуты были к концу мая "лояльные" рабочие Национальных мастерских, можно судить по замечательному письму Жозефа Дежака (Joseph Dejacque) - рабочего Национальных мастерских, поэта и одного из основателей французского анархизма. Письмо это, адресованное в редакцию буржуазного "Constitutionnel", напечатано в N 9 "Commune de Paris". "Реакция продвигается вперед быстрыми шагами, - пишет 28 мая Дежак от имени 117 тыс. рабочих Национальных мастерских, - продолжайте, продолжайте... но не забывайте при этом,., что вы всегда найдете нас защищающими дело демократии с пером или ружьем в руках".

Таким образом не может подлежать ни малейшему сомнению, что попытка Мари толкнуть рабочих Национальных мастерских против всех остальных рабочих Парижа, уже начиная с первых дней апреля, встречала весьма серьезные препятствия. "Нелойяльность" рабочих быстро прогрессировала, а это и заставляло буржуазное правительство не только отказаться от своих первоначальных планов, но и стремиться к быстрейшей ликвидации Национальных мастерских.

Оставив вне поля своего зрения не только занятых в Национальных мастерских рабочих, но и всю деятельность революционных клубов и обществ, Мак Кэй сконцентрировал свое внимание на мероприятиях правительства и отдельных должностных лиц, сумев действительно впервые дать общий очерк прохождения направленных против Национальных мастерских декретов через различные комиссии правительства и Учредительного собрания.

Особенный интерес в этом отношении представляют, с одной стороны, сообщаемые им сведения о работах специально созданной 17 мая внепарламентской комиссии, состоявшей из семи инженеров, и с другой, сведения о контрреволюционной провокаторской деятельности виконта Фаллу.

Мак Кэю посчастливилось разыскать в Национальной библиотеке неизвестный ранее экземпляр доклада о Национальных мастерских, представленного указанной комиссией, и на основании анализа этого важнейшего документа установить, что позднейшие правительственные мероприятия, в частности декрет от 30 мая, были в значительной мере инспирированы членами последней⁷ .

Сведения о контрреволюционной деятельности Фаллу он также черпает из неиспользованного ранее источника - стенограмм заседаний особого "Комитета труда", выделенного Учредительным собранием. Источник этот, так же как и ряд других материалов, позволяет ему с непреложностью установить, что именно монархист Фаллу стоял во главе той части депутатов Учредительного собрания, которая не только не боялась рабочего восстания, но, наоборот, это восстание сознательно провоцировала. Именно Фаллу добился передачи вопроса о закрытии мастерских из рук колеблющегося "Комитета труда" в руки специально выделенной бюро Учредительного собрания комиссии, из недр которой и вышел затем проект декрета от 20 июня⁸ , послужившего, как известно, толчком к восстанию парижских рабочих.

Мы видим следовательно, что американскому историку, несмотря на всю односторонность и неполноту его исследования и явную недооценку степени революционности занятых в мастерских рабочих, удалось все же осветить отдельные стороны истории Национальных мастерских и сообщить нам целый ряд новых сведений о подготовке буржуазии к разгрому парижского рабочего класса. В этом бесспорная ценность его работы. Несмотря на указанные недочеты, несмотря на то, что ряд важнейших моментов (например вопрос о попытке бонапартистов использовать рабочих Национальных мастерских против Учредительного собрания) не нашел в книге достаточного отражения, монографию Мак Кэя прочтет с интересом каждый изучающий историю Февральской революции 1848 г.

⁷ Доклад этот напечатан Мак Кэем в журнале "La revolution du 1848" N 146 за 1933 г. (Un "imprime perdu" sur la dissolution des Ateliers nationaux en 1848).

⁸ См. статью Мак Кэя о Фаллу и Национальных мастерских в журнале "La revolution du 1848" N 144 за 1933 г.

Publisher:

Permanent link for scientific papers (for citations):

Found source (search robot):

Publication author(s) - С. КАН:

Comments: